Неточные совпадения
Говорил он с необыкновенным участием, но сдержанно и как-то усиленно серьезно, совершенно как двадцатисемилетний доктор на важной консультации, и ни единым словом не уклонился от предмета и не обнаружил ни малейшего желания войти в более
личные и частные
отношения с обеими дамами.
Левин часто любовался на эту жизнь, часто испытывал чувство зависти к людям, живущим этою жизнью, но нынче в первый paз, в особенности под впечатлением того, что он видел в
отношениях Ивана Парменова к его молодой жене, Левину в первый раз ясно пришла мысль о том, что от него зависит переменить ту столь тягостную, праздную, искусственную и
личную жизнь, которою он жил, на эту трудовую, чистую и общую прелестную жизнь.
В последнее время между двумя свояками установилось как бы тайное враждебное
отношение: как будто с тех пор, как они были женаты на сестрах, между ними возникло соперничество в том, кто лучше устроил свою жизнь, и теперь эта враждебность выражалась в начавшем принимать
личный оттенок разговоре.
Автор статьи был очень молодой и больной фельетонист, очень бойкий как писатель, но чрезвычайно мало образованный и робкий в
отношениях личных.
— Безошибочное чутье на врага. Умная душа. Вы — помните ее? Котенок. Маленькая, мягкая. И — острое чувство брезгливости ко всякому негодяйству. Был случай: решили извинить человеку поступок весьма дрянненький, но вынужденный комбинацией некоторых драматических обстоятельств
личного характера. «Прощать — не имеете права», — сказала она и хотя не очень логично, но упорно доказывала, что этот герой товарищеского
отношения — не заслуживает. Простили. И лагерь врагов приобрел весьма неглупого негодяя.
«По
отношению к действительности каждый из нас является истцом, каждый защищает интересы своего «я» от насилия над ним. В борьбе за материальные интересы люди иногда являются
личными врагами, но ведь жизнь не сводится вся целиком к уголовному и гражданскому процессу, теория борьбы за существование не должна поглощать и не поглощает высших интересов духа, не угашает священного стремления человека познать самого себя».
На Западе давно уже беспокоит вопрос о гарантии прав меньшинства и прав личности по
отношению к абсолютным притязаниям демократии, не ограничивающей себя абсолютными ценностями
личного духа.
Только новое сознание в христианстве, только понимание его как религии не только
личного, но и социального и космического преображения, т. е. усиление в христианском сознании мессианства и пророчества, может привести к разрешению мучительной проблемы
отношений человека и общества.
Встреча и общение с Богом возможно не как общение с Абсолютным, для которого не может быть другого, не может быть
отношения, не с Богом апофатической теологии, а с конкретным
личным Богом, имеющим
отношение к другому.
Глядя на него, слушая его, видя его деятельность, распоряжения по хозяйству,
отношения к окружающим его людям, к приказчикам, крестьянам — ко всем, кто около него был, с кем он соприкасался, с кем работал или просто говорил, жил вместе, Райский удивлялся до наивности каким-то наружно будто противоположностям, гармонически уживавшимся в нем: мягкости речи, обращения — с твердостью, почти методическою, намерений и поступков, ненарушимой правильности взгляда, строгой справедливости — с добротой, тонкой, природной, а не выработанной гуманностью, снисхождением, — далее, смеси какого-то трогательного недоверия к своим
личным качествам, робких и стыдливых сомнений в себе — с смелостью и настойчивостью в распоряжениях, работах, поступках, делах.
И Бог у Аристотеля есть только философская идея, постулат Божества, «доказательство бытия Божия», вне всякого
личного к Нему
отношения.
Двоякою природой религиозной веры — с одной стороны, ее интимно-индивидуальным характером, в силу которого она может быть пережита лишь в глубочайших недрах
личного опыта, и, с другой стороны, пламенным ее стремлением к сверхличной кафоличности — установляется двойственное
отношение и к религиозной эмпирии, к исторически-конкретным формам религиозности.
Такое доктринальное предубеждение против самостоятельного трактования сущности религии и эта догматическая нетерпимость в
отношении к религии, конечно, составляют
личную особенность Канта и не имеют под собой твердой опоры даже в его собственном философствовании.
Горе тому, кто осмелится приписать Божеству какое-либо качество; ибо качественность есть свойство конечности и потому должна вести к уконечению Бесконечного [Исходя из такого понимания, и «сефиры» (числом 10), или божественные лучи, которые являются
личными носителями качеств бескачественного в себе эн-софа и посредниками всех
отношений Божества к миру, по мнению проф.
Природа с своими вечными уловками и экономическими хитростями дает юность человеку, но человека сложившегося берет для себя, она его втягивает, впутывает в ткань общественных и семейных
отношений, в три четверти не зависящих от него, он, разумеется, дает своим действиям свой
личный характер, но он гораздо меньше принадлежит себе, лирический элемент личности ослаблен, а потому и чувства и наслаждение — все слабее, кроме ума и воли.
В
отношении к людям у меня была довольно большая
личная терпимость, я не склонен был осуждать людей, но она соединялась с нетерпимостью.
Я приносил с собой свое
личное и русское катастрофическое чувство жизни и истории,
отношение к каждой теме по существу, а не через культурное отражение.
Но одно я сознательно исключаю, я буду мало говорить о людях,
отношение с которыми имело наибольшее значение для моей
личной жизни и моего духовного пути.
Особенно типичным примером таких
отношений был тот, когда Галактион отказался не только платить взятые у Стабровского пятьдесят тысяч, но даже отказался приехать для
личных объяснений.
По критике он еще ничего не писал у меня, но я относился к нему всегда весьма благожелательно, и
личные наши
отношения были самые мирные и благодушные.
Заметка хроникера «Петербургской газеты» ценна тою наивною грубостью и прямотою, с которою она высказывает господствующий в публике взгляд на законность и необходимость закрепощения врачей. «Являются ли врачи безусловно свободными людьми, могущими располагать своим временем по
личному желанию?» Речь тут идет не о служащих врачах, которые, принимая выгоды и обеспечение службы, тем самым, конечно, отказываются от «безусловной свободы»; речь — о врачах вообще, по
отношению к которым люди самих себя не считают связанными решительно ничем.
Их терзают угрызения совести, не имеющие никакого
отношения к их
личной совести и
личной вине.
Парадокс
отношений между
личным и сверхличным (или общим по несовершенной терминологии) разрешается в религии богочеловечества, в идее богочеловеческой любви, единственной идее, которая личность не уничтожает.
И задача заключается в том, чтобы в борьбе с капитализмом восстановить это онтологическое ядро, это духовно-личное
отношение к миру вещей и материальных ценностей, эту интимную связь личности с миром, в котором она призвана действовать.
Любовь по существу есть явление несоциальное и внесоциальное и не имеет никакого
отношения к обществу и роду, это есть явление совершенно
личное и связано исключительно с личностью.
Личное нуждается в другом, но другое не есть внешнее, отчужденное,
отношение к нему не есть непременно экстериоризация.
Поэтому легко впасть в иллюзию, неверно понимая
отношение между
личным и сверхличным.
Персонализм, во всяком случае, не может допустить господства
личного интереса и конкуренции в хозяйственной жизни, то есть волчьего
отношения человека к человеку.
Большинство из них (лгуны-лицемеры) не только не страдает от того, что общество изнемогает под игом насильно навязанных ему и не имеющих ни малейшего
отношения к жизни принципов, но даже извлекает из общественной забитости известные
личные удобства.
Инвентари до известной степени ограничивали хозяйственный и отчасти
личный произвол помещика по
отношению к крестьянам.] сделали некоторым образом шаг к тому! — присовокупил Марьеновский; но присовокупил совершенно тихим голосом, видя, что горничная и Иван проходят часто по комнате.
— Я говорю не в
отношении вас, а в
отношении опекуна, — произнес губернатор самым равнодушным тоном, как бы не принимая в этом деле никакого
личного участия.
Да, нельзя даже на минуту усомниться, что подобные
отношения к интересам, мало-мальски выходящим из Тесной сферы
личных требований, действительно представляют для западного человека"новое слово". Но вопрос: нужно ли ему это слово?
Я не схожу в свою совесть, я не советуюсь с моими
личными убеждениями; я смотрю на то только, соблюдены ли все формальности, и в этом
отношении строг до педантизма. Если есть у меня в руках два свидетельские показания, надлежащим порядком оформленные, я доволен и пишу: есть, — если нет их — я тоже доволен и пишу: нет. Какое мне дело до того, совершено ли преступление в действительности или нет! Я хочу знать, доказано ли оно или не доказано, — и больше ничего.
«Знаешь, дорогой мой Алексеюшка, в чем горе наших
отношений? Ты никогда не позволял и не позволяешь быть с тобою откровенным… Почти полгода прожил я на Капри бок о бок с тобой, переживал невыносимые и опасные штурмы и дранги, [Бури и натиски (от нем. Sturm and Drang).] искал участия и совета, и именно в
личной, переломавшейся жизни, — и говорил с тобою только о литературе и общественности. Это факт: живя с тобой рядом, я ждал приезда Вересаева, чтобы с ним посоветоваться — кончать мне с тобой или нет?»
Я говорил себе, что разлука будет полная, что о переписке нечего и думать, потому что вся сущность наших
отношений замыкалась в
личных свиданиях, и переписываться было не о чем; что ежели и мелькнет Крутицын на короткое время опять в Петербурге, то не иначе, как по делам «знамени», и вряд ли вспомнит обо мне, и что вообще вряд ли мы не в последний раз видим друг друга.
— При таких
отношениях вы можете ему по-дружески намекнуть, что поведение его сына внушает вам опасение даже за его
личное состояние и, между прочим, вскользь заметить, что и недавняя растрата дело рук его сына, а не Сиротинина… При этом вы возьмете с него честное слово, что это останется между вами… При ваших
отношениях он просто побоится нарушить это данное вам слово.
— Я к тому вас спрашиваю об этом, — пояснил чиновник, с грациозным достоинством поправляя положение своего шейного ордена на белой сорочке, — что, может быть, тот, кто сыграл с вами эту шутку, имел в виду, конечно, обставить ее так, чтобы все дело не противоречило вашим
личным, действительным
отношениям к Полоярову; потому что странно же предположить, чтобы такая проделка была сделана от имени совсем постороннего, незнакомого человека.
Письмо это и озадачило, и раздосадовало Хвалынцева. «Что за тайный доброжелатель? Что за контроль над частною жизнью человека, над
личными его
отношениями? Меня не видать там-то и там-то! Да вам-то какое дело, где меня видать?!. И сейчас уже „шпион“… Господи, как это у них все скоро!.. И глупо, и больно, и досадно!..»
В своей
личной жизни этот человек, приобретший репутацию великого инквизитора, был мягким, он трогательно любил детей, боялся своей жены, совсем не был свиреп в
отношении к «ближнему».
В своей
личной жизни Ленин, как и Победоносцев, не был злой человек, в нем было не мало добродушия, было человеческое
отношение к своим ближним.
Личность не имеет свободы по
отношению к социальному коллективу, она не имеет
личной совести и
личного сознания.
Русский молодой человек, принадлежавший к поколению идеалистов 30-х и 40-х годов, исповедывал тоталитарное шеллингианство или тоталитарное гегелианство в
отношении ко всей жизни, не только жизни мысли и жизни социальной, но и жизни
личной, в
отношении любви или чувства природы.
В экономическом
отношении проповедуется теория, сущность которой в том, что чем хуже, тем лучше, что чем больше будет скопления капитала и потому угнетения рабочего, тем ближе освобождение, и потому всякое
личное усилие человека освободиться от давления капитала бесполезно; в государственном
отношении проповедуется, что чем больше будет власть государства, которая должна по этой теории захватить не захваченную еще теперь область частной жизни, тем это будет лучше, и что потому надо призывать вмешательство правительств в частную жизнь; в политических и международных
отношениях проповедуется то, что увеличение средств истребления, увеличение войск приведут к необходимости разоружения посредством конгрессов, арбитраций и т. п.
Торжество духа в обществе означало бы торжество персонализма,
личного общения,
отношения личности к личности в человеческом и человечном «мы», признании каждой данной личности высшей ценностью.
Самое трудное для понимания и самое парадоксальное — это
отношение между духом и личностью, между универсальным содержанием, сообщаемым человеку духом, и самим человеком с его эмоциональной жизнью, с его единственной
личной судьбой.
Духовное понимается как противоположное
личному, а следовательно, исключающее любовь, исключающее свободу, человека в
отношении к Богу, множественного в
отношении к единому.
Гегель — универсалист, он не знает тайны личности и
отношения личного духа к
личному духу.
Я бы сказал, что самая объективация духа есть активность субъективного духа и вызывается
отношением личного духа к разорванному состоянию мира, необходимостью установить сообщения с другим, ему чуждым.
Тут мы становимся перед парадоксом
отношения между
личным и социальным спасением.
Кроме стихов, составляющих мой
личный порок, сажали в карцер еще за ироническое
отношение к наставникам и преподавателям.